Семнадцать дней

Это было моё первое участие в научном эксперименте. Нет, конечно, я и раньше принимал в них участие, но был всё-таки в стороне, а непосредственным участником самого эксперимента стал впервые.

Всё началось с того, что от своего коллеги по отделу, Александра Владимировича Дудукина, я узнал о готовящемся эксперименте в НЭКе. Он (эксперимент) строился вокруг двух методик, одну из которых мог обеспечить только наш отдел, а именно имитации стыковки транспортного корабля с орбитальной станцией. Она состояла из двух частей: а) собственно стыковки и б) снятия физиологических параметров, позволяющих узнать, какой ценой далась эта работа испытателям. Обязанность обеспечить проведение этой методики и обучить испытуемых процедуре стыковки легла на плечи Александра Владимировича. Организовать проведение второй части – на мои.

Не буду преувеличивать, я не рвался «в бой». Но постепенно выяснилось, что если в эксперименте не будет участвовать человек, который знает обе части этой методики и кто будет ответственно подходить к процедуре их проведения, то всё может пойти прахом. Всё осложнялось еще и тем, что аппаратура, на которой выполнялась методика, была весьма чувствительна. Вот тогда я и предложил себя в качестве того, кто сможет обеспечить всё это непосредственно в «бочке». Хотя это и звучит довольно напыщенно, но это не был «пример героизма и отваги», просто мне было очень интересно побыть в эксперименте, да и заплатить обещали, опять же… Но одно дело – высказать вслух свои пожелания, и другое дело – попасть в эксперимент. Хочу сказать огромное спасибо Александру Владимировичу, так как именно благодаря ему я все-таки попал «на борт». Это было, что называется «оказаться в нужное время в нужном месте», так как организаторам эксперимента нужен был еще один человек в обслуживающую бригаду. Поэтому мою кандидатуру взяли на рассмотрение. Не знаю, что уж склонило чашу весов в мою пользу, но я был принят в эксперимент в качестве участника. Конечно, после прохождения ВЭКа!?

Моя работа в эксперименте началось гораздо раньше, чем собственно дата его официального начала, так как подготовка испытателей занимала довольно продолжительное время. Наверное, по этому я как-то особенно не ждал этой «знаменательной даты». Но, ждал я её или не ждал, она всё-таки наступила.
День нашего захода в «объект» был суетным и несколько напряженным. После всех предварительных обследований у нас осталось около часа до входа в «бочку». Наконец долгое ожидание закончилось, и вот я уже раскладываю вещи в своей каюте. Собственно, раскладывать особенно было нечего, так как я набил свои сумки в основном книгами, компьютерными играми, музыкой и фильмами. А всё потому, что участие в этом эксперименте подразумевало отсутствие контактов с внешним миром. Нет, телефонная-то связь была, но вот выйти наружу было невозможно. Надо сказать, что я не знал, как поведу себя в таких условиях, так как раньше не был в изоляции. Правда, мы с женою ходили в длительный поход в горы, где в течение двух недель не встречали людей, но… Когда у тебя над головой потолок, а не звездное небо, это совсем другая песня! Да и потом, я совсем не знал тех людей, с которыми мне предстояло прожить бок о бок в течение семнадцати дней. Но меня это совершенно не беспокоило – я почему-то был уверен, что мы как-нибудь уживемся. 

Первое, и, пожалуй, самое сильное впечатление от этого эксперимента был момент перехода из ЭУ-100 в ЭУ-37 (два герметично замкнутых помещения, отличающихся друг от друга по объему воздуха, соединенные между собой шлюзом). Может быть это и покажется кому-то банальными, но… 

Когда ты закрываешь за собою люк, то оказываешься в очень темном коротком тоннеле, высоты которого едва хватает, чтобы стоять там в три погибели. Нужно аккуратно пробираться вперед, стараясь не налететь на углы поворота и не поскользнуться в этой трубе, так как поверхность, по которой ты идешь, весьма скользкая. И всё-таки ты, забыв про осторожность, налетаешь лбом на выступ возле второго люка. Проклиная себя и конструкторов, начинаешь отворачивать винт, постепенно открывая люк. Поскольку всё происходит медленно, то ты успеваешь увидеть, как перед тобою появляется узкий светящийся круг, в который со свистом врывается воздух. От этого закладывает уши, но ты не замечаешь этого, потому что свет, пробивающийся сквозь образовавшуюся щель, превратил люк и тоннель, стены которого хорошо отражают свет, в нечто совершенно фантастическое, какое-то нереальное пространство. И ты не хочешь открывать люк дальше, чтобы не разрушить эту иллюзию… Потом, многократно пройдя через этот переход, ты постепенно перестаешь замечать это, но первое впечатление иногда всё-таки заставляет тебя остановиться в тоннеле и вновь пережить этот момент.

 

Первый вечер в «бочке». Все внове, всё необычно. Потом, конечно, это приестся. Но это случится позже, а пока есть возможность увидеть и ощутить всё свежим взглядом. А ощущать есть чего! Ведь по началу стукаешься обо все углы и выступы, которые можно! На что Александр Николаевич Котов, наш «бортовой» врач и командир эксперимента, мудро заметил - «Суетиться надо меньше». Еще не скоро мои движения станут соответствовать тому пространству, в котором мне предстоит жить!

Кому-то может показаться, что в бочке масса свободного времени, но это не всегда так. Надо сказать, что распорядок дня у обслуживающей бригады, куда входили Александр Николаевич Котов, Хайдер Вядутович Хобихожин и я, был один, а у испытателей – совсем другой. Они по условиям эксперимента не имели права ходить, так как находились в условиях антиортостатической гипокинезии, то есть целыми днями «наминали себе бока» в кроватях (о том, на сколько это на самом деле сложно, лучше спросить у них самих). А на наших плечах было проведение методик, кормление испытателей, ну и по мелочи разное ?. По этому у нас бывали очень насыщенные дни, когда не присядешь лишний раз, иногда и поесть-то толком некогда. Зато в те дни, когда методик нет, или очень мало, я отсыпался, как сурок, в своей норке, либо смотрел фильмы, Фильмы, ФИЛЬМЫ!!! Бывало, что мы в такие дни смотрели до четырех фильмов подряд! В результате я за такой короткий срок пересмотрел фильмов больше, чем за год «на воле»?!

…В ЭУ-37 тихо гудит кондиционер. По сравнению с тем гулом, который стоит в ЭУ-100, это полная тишина. В первые дни гул оборудования, очищающего воздух от всяких примесей, очень мешал. И в те минуты, когда их работа прерывалась, возникала блаженная тишина. Но потом всё-таки привыкаешь настолько, что перестаешь его замечать.

С коллективом, я считаю, мне очень повезло. Не знаю, как обо мне отзываются коллеги, но обстановка внутри была очень спокойная и дружелюбная. Этакая веселая и сплоченная команда. Может быть поэтому время пролетело незаметно. Из всего коллектива я был единственный новенький, но тем не менее со всеми быстро подружился. Много расспрашивал о прошлых экспериментах, и о том, каково было в них участвовать. Из рассказов Александра Николаевича и Хайдера Вядутовича узнал, что теперешние эксперименты гораздо проще и спокойнее, чем те, что проводились на заре подобных исследований. Это и понятно, ведь тот багаж опыта и знаний, который мы использовали в этом эксперименте, требовалось когда-то получить! И именно благодаря тем первым испытателям мы могли более-менее комфортно жить в «бочке» сейчас.

Скоро, совсем скоро окончание эксперимента. Нужно возвращаться к прежней жизни. Как-то, во время разговора «о жизни», Хайдер Вядутович сказал такую мысль: «Во время таких экспериментов мир, в котором ты жил, уходит вперед, а ты так и остаешься в прошлом. И тебе все время потом приходится наверстывать то время, которое ты провел вне этого мира». Конечно, это вряд ли можно отнести к такому короткому сроку пребывания, но все равно я чувствую какое-то волнение, ожидая встречи с внешним миром.

25 ноября 2003 года

 

Фотоочерк - Экспериментальная жизнь замечательных людей

Фотоочерк эксперимента, проходившего в НЭКе в 2003 году.

 

 

 

 

    

   

 

 

Впечатления после возвращения

И вот он – день нашего выхода! Рукоять двери поворачивается и... внешний мир врывается к нам вместе с бригадой экспериментаторов, «жаждущих нашей крови», причем в самом буквальном смысле – им нужно было взять кровь из вены!

Надо сказать, что когда я вышел «на поверхность», то поначалу каких-то особенных различий в ощущениях я не заметил. Ну да, небо (хотя и пасмурное, без солнышка и бездонной синевы), пространство, народу тьма... За такой короткий срок я еще не успел их забыть ?! Зато к концу второго дня я наконец заметил разницу – я безумно устал! Еще бы – сразу многократно возросшая нагрузка на мышцы дала о себе знать. Но со временем это пройдет.

…Жизнь моя постепенно входит в свою обычную колею с толчеёй по утрам в транспорте, с непредсказуемым графиком, со множеством разъездов по работе и не только, с мелким домашним ремонтом… Всё возвращается на круги своя. Только иногда, временами, когда особенно сильно устанешь, очень хочется забраться в свою каюту-норку и забыться спокойным сном, закрывшись от всех проблем небольшой дверью...